• Я читал позавчерашнюю ориентировку, капитан. Ничего похожего с происшествием в Ханне-Голд здесь не было, - Ваня сделал хороший глоток виски, глянул на остаток и допил залпом. - Классика жанра, все, как; в учебнике и двадцать лет назад : белым кольцом открылась дыра. Оттуда вылетел ржавый в хлам сортир с тремя вонючими уродами. Трупоеды- клоуны! Как они умудряются передвигаться на этой хрени? Не понимаю. Никто не понимает! Кей-Мерер сразу уложил одного из револьвера. Даже «хэнде хох!» не стал им зачитывать, потом я, потом Эспо...

Моего побратима заметно развозило. Веки с рыжими ресницами закрывались. Тяжелая башка ткнулась мне в висок. Я сделала ему инъекцию против всех известных зараз. Ваня кивнул в сотый раз согласно.

  • Макс погиб, Ленька. Пока мы девчат грузили в хаммер, он нас прикрывал. Я дверь заднюю захлопнул, оборачиваюсь: все.

Пусто. И тишина. Ни барона, ни хомо верус. Ничего. P-раз и нету. Ему сегодня двадцать один год должен был исполниться...

  • Есть ведь примета : нельзя заранее днюху гулять. Это все Эспо, латинская душа, все бы ему карнавалы фестивалить, поехали, погуляем,трындел, я девчонок классных подгоню, сколько можно Кей-Мереру в девственниках ходить . Напоим парня в честь совершеннолетия и закончим его дурацкий целибат, - бормотал Иван, когда я стаскивала с него берцы.

Два дюжих парня в черной форме донесли командира до койки. Его родная эскадрилья невозмутимо делала вид, что ничего из ряда вон выходящего не происходит. Стояла строем три на пять под окнами палаты и ждала указаний. Юнкер вперся вместе с нами в лазарет, желал, видно, дослушать все, что гонит бесконтрольно обессиленный комэск.

  • Знаешь, Ленька, твой чертов барон мо-ло-де-е-ец! Сразу стал главным. Разрядил наган в пузо людоеду, и всех нас наладил по местам, потом прикрывал меня и Эспозито, пока мы грузили девчонок в хаммер. Двойняшки-ирландцы!

Зачетное звено! Еоняли по песку на джипе туда-сюда, мешая целиться всем, отчаянные пацаны, мать их! Макс...

  • Ладно, Ванечка, ладно, не переживай, - уговаривала я.

Иван затих. Полезли капли по круглым щекам. Что-то там

было в сицей ампуле для лечения запредельных микробов, меня на берегу еще насторожило. Запах неприятный. Медперсонал,три сестрички и старенький фельдшер, сочувственно прижали лапки к зеленым халатам. Вот тут я опомнилась . Что я делаю? Неназываемый! Причитаю над ним, как баба. Покойников не видно, пока. Отодвинулась .

  • Сделайте так, чтобы старший лейтенант успокоился и уснул. Пойдем, Лео. Я утром его допрошу, - капитан подхватил меня за локоть и вывел из палаты.

В коридоре никого не осталось . Еде люди? Куда подевались? Только приглушенная череда ламп на потолке.

  • Все уже спят. И ты отправляйся, Лео, отдыхать. Утро вечера мудренее. Ничего не поделаешь, мальчик мой. В этой жизни случается всякое. Смерть ходит рядом, но ты хорошо держишься, Лео, я впечатлен, честное слово. Тебя проводить? - тепло зудел в ухо голос чиновника по чрезвычайным ситуациям. Рука цепко прихватывала предплечье.

Треск телефонного зуммера спас меня от дальнейших разглагольствований. Начальственный бас в трубке приковал капитана к месту. Я изобразила преданный кивок на прощальный жест Юнкергрубера и быстренько слиняла. Его разочарованное бледное лицо я постаралась не заметить.

Верно понял внимательный офицер безопасности. Я не чувствовала ничего. Абсолютно не испытывала ни возбуждения, ни горечи потери, ни растерянности.

Тревожилась за Ваню, да и то не сильно, он парень реальный, придет в себя, никуда не денется. Барон меня совсем не волновал. В конце концов, так ему и надо, этой безупречной заднице. И уж тем более я не ощущала паники и страха.

Ничего, кроме обыкновенного голода и желания остаться одной.