• С марта, - кивнул Дитрих обреченно. -Так получилось... Может быть, я смог бы чем-то помочь?
  • Нет. Не стоит. От любого другого я бы помощь и принял, но только не от вас, барон фон Донцемарк. Вы как держались особняком и ни во что не вмешивались, так уж и оставайтесь там.

Их взгляды опять встретились. И опять Дитриху почудился короткий кивок одними ресницами. И он, пользуясь тем, что солдат не видит выражения его лица, тихо подмигнул учителю.

  • Ступайте, молодой человек, - сухо промолвил мэтр Сибелиус. - Возвращайтесь туда, где вам самое место. И не пытайтесь казаться иным. Откровенно говоря, я вообще не понимаю, почему явились именно вы. Почему не другие?
  • А что, больше никто не приходил?

Взгляд старого учителя снова затуманился.

  • Только одна девушка...
  • Вероника?

Взгляд опять вспыхнул:

  • Надо же, запомнили! А ведь вы виделись всего раз или два. Вы, барон, не баловали посещением скромную обитель своего наставника. Вам бы все по трактирам и веселым домам... А она...
  • Я позабочусь о ней.

На миг в усталых глазах плеснула боль.

  • Не стоит. Хотя не удивлюсь, если вы поступите иначе. Вы никогда не слушались старших.

Их взгляды опять встретились. Дитрих затылком ощущал присутствие солдата, знал, что и другие заключенные затаили дыхание, прислушиваясь к разговору. Хотелось сказать так много... И он чувствовал, что и у его наставника на языке вертится десяток вопросов и сотня важных слов. Но как их вымолвить, если вокруг столько лишних ушей? И ведь не попросишь оставить одних! Это любому покажется подозрительным.

  • В чем вас обвиняют? - спросил он только для того, чтобы заполнить неловкую паузу.
  • В колдовстве, в чем же еще! - опять лицо наставника исказила кривая усмешка.
  • Но... это невозможно! Я знаю...
  • Ничего ты не знаешь, мальчишка. Ты был плохим студиозусом, ухитрялся забывать элементарные знания. Ты даже на дополнительные занятия пришел всего раз или два, скорее за компанию, чем из любви к науке. И, конечно, не

подозреваешь, чем я занимался на самом деле.

Дитриху показалось, что весь коридор затаил дыхание,и даже факел в руке солдата стал гореть потише.

  • А чем таким вы занимались? - заинтересовался юноша.
  • А вот это уже точно не твоего ума дело! - в голосе мэтра Сибелиуса зазвучали знакомые интонации профессора, пытающегося вбить истину в пустую голову очередного слушателя. - Не понимаю, зачем ты все-таки пришел! Любопытство замучило? Весь город знает!
  • Меня не было в городе... давно.
  • И ещё бы столько времени тебя не видеть! Никого бы вас не видеть... Боже, как я устал! - он со стоном оперся на локти, опускаясь обратно на соломенную подстилку.

Выйдя из здания тюрьмы, Дитрих немного постоял под открытым небом, дыша полной грудью. Был обычный день второй половины лета, один из дней, которые похожи друг на друга, как две капли воды. Люди проживают такие дни и не замечают, что они были, эти ничем не примечательные и не интересные крошки жизни, а потом, оглянувшись назад, всплескивают руками: «Надо же! И когда жизнь прожита? А мы и не заметили!» Но для Дитриха после посещения тюрьмы этот день заиграл яркими красками, наполнился мелочами и смыслом, а каждая минута обрела свою цену. Цену человеческой жизни.

  • Ну, добился того, что хотел? - рядом возникла фру Рейн.
  • А что я хотел?
  • Этот странный разговор... Я подслушивала. Твой наставник от тебя отказался. Неужели ты правда не посещал уроков так долго?