Вдова прищурила глаза, но все равно злость и досада в ее взоре были столь сильны, что Ауэрбах сочла за благо отступить на пару шагов.

 

  • Это не твое дело, Ауэрбах!
  • Значит, не стоило, - философски рассудила та. - Ничего! Скоро ты избавишься от этой досадной помехи, которую называешь семьей. Мужа, насколько я заметила, нет у>це давно. Остались сыновья...
  • Тебе до них не добраться...
  • Тебе напомнить, как я проникла сюда? - подмигнула старая ведьма.

Вдова на несколько секунд прикрыла глаза. Только на несколько секунд, чтобы не терять гостью из вида.

  • Чего ты хочешь, Ауэрбах?
  • Того, что должна была сделать ты тридцать лет тому назад! Того, что тебе уже предлагали , поскольку младенец родился при необычном сочетании звезд.
  • Нет...
  • Да! Я лишь хочу совершить то, на что ты не решилась в свое время! По счастью, срок ещё не истек. Есть ещё несколько недель, чтобы совершить обряд.
  • Тогда зачем ты пришла ко мне? - высокомерно поинтересовалась фрау Хильтруд.
  • Я пришла не к респектабельной вдове фон Доннемарк , а к своей подруге Хильмир,дабы совершить то, что она по слабости, осторожности или какой-то иной причине откладывала столько лет! Кровь ребенка, родившегося при необычном сочетании звезд, пролитая на алтаре,дарует могущество, власть и силу...

Фрау Хильтруд сохраняла спокойствие:

  • У тебя ничего не получится! Он...
  • Взрослый мужчина, хочешь сказать? Поверь , подруга, я найду способ справиться с ним! Более того, я его уже нашла.
  • Нет, - выдохнула вдова.
  • Испугалась? - усмехнулась Ауэрбах. - Я так и думала!

Но фрау Хильтруд уже овладела собой.

  • Ничего у тебя не получится, - произнесла она. - Время ушло. Ты только зря потратишь время и силы. И твое разочаровацие будет намного больше и больнее, чем та боль, которую ты якобы причиняешь мне! Скажу больше - вряд ли у тебя после этого достанет сил продолжать существование!
  • Посмотрим, - кивнула Ауэрбах. - Я, собственно , поэтому и пришла. Хотела пригласить тебя в свидетельницы этого зрелища. И даже готова поделиться с тобой своим триумфом. Мне одной не нужно много силы.
  • Пустая трата времени, - презрительно покачала головой ее собеседница.
  • Я даю тебе время подумать, - улыбнулась старуха. - Скажем, до конца недели. В понедельник, в это же самое время, я вернусь, и ты должна дать мне ответ - ты со мной или в стороне.
  • Не трудись, - ответила вдова. - Каждый человек может выдержать лишь определенное количество ударов судьбы. Лишнее разочарование, пусть и в мелочи, способно погубить того, кто, как казалось, может вынести все. Убирайся! Я больше не желаю тебя видеть! Ты позоришь мой дом своим присутствием...
  • Скорее, ты позоришь саму себя, отказываясь от своего прошлого и своего будущего, - сказала Ауэрбах. - Но я и впрямь задержалась тут дольше, чем намеревалась. Прощай, подруга! У меня еще много дел!

С этими словами она направилась прямиком к камину. Пустой очаг казался провалом в бездну,и в этот мрак шагнула ведьма. Гулко взвыло в трубе. Что-то загрохотало, зашуршало, потом порыв ветра пронесся по зале , принеся с собой запах дыма и старого кирпича.

Но фрау Хильтруд, вдова его светлости Иоганна-Кристиана- Людвига фон Доннемарка, наследника владетельного барона, не заметила этого. Неподвижная, как статуя, сидела она в своем кресле, глядя в темноту. И очень старалась, чтобы ни одна слезинка не показалась в уголках глаз.

Дитрих очнулся от ласкового прикосновения. Еще не открыв глаз, юноша почувствовал, что не один. Рядом с ним обнаружилось что-то упругое , податливое, живое, сладко пахнущее женщиной и свежескошенной травой. Потянувшись на ощупь обнять, юноша почувствовал под пальцами знакомые округлости женского тела и открыл глаза.

Он лежал на охапке прошлогодней листвы в неглубокой низинке, со всех сторон окруженной кустарником, усыпанным недозрелыми ягодами. «Шиповник, бузина и жимолость», - определил Дитрих. Но сразу отвлекся - подле него, вытянувшись и позволяя себя обнимать, обнаружилась красивая светловолосая девушка с раскосыми глазами. Вблизи и при дневном свете ее кожа отливала зеленым, в волосах запутались живые цветы. Не узнать зелингу, одну из дочерей лесного царя, было невозможно. И легкий беспорядок в одежде ясно доказывал, что ночью они не только спали. Или, что вернее, уснули они уже под утро.

Пока юноша соображал, девушка потянулась к нему и поцеловала в губы. Ее поцелуй отдавал травами и ягодами - словно горсть малины сразу сунул в рот, а заедал ее сладкой земляникой.

  • М-м... вот это да! - прошептал юноша, когда поцелуй прервался. - А твой отец не будет против? Мне что-то не хочется его сердить.

Зелинга улыбнулась. Потом отмахнулась с очаровательной гримаской и , поднявшись легким быстрым движением, протянула Дитриху руку, предлагая встать.

Тот вскочил, торопливо приводя себя в порядок; и выбираясь из низинки. Лес вокруг был незнакомым. Еустым, нехоженым, но - обычным.

  • Еде я? - завертел головой юноша. - И как сюда попал?

Он смутно вспомнил, как наполнил свой кубок из родника,

как вернулся, как пил, чувствуя, что глотает вкуснейшее ароматное вино, которое все не убывало и не убывало. Как потом закусывал чем-то невероятно вкусным, хрустящим, сочным. Как любовался на танцы лесных духов, как сам порывался пуститься в пляс, как лесной царь отвлекал его разговорами,и как он в конце концов все-таки встал и пошел...

Дальше в памяти зиял провал.

  • И что мне теперь делать? - обратился Дитрих к зелинге. Та дернула плечиком и протянула руку, зовя за собой.

Шагов через пятнадцать он вышел на узкую тропинку.

Прошел ещё немного - и увидел свой дорожный мешок, висевший на сучке. Здесь же висел и его меч. Юноша развязал горловину и удивился - он был доверху наполнен травами, причем такими, какие Дитрих даже не надеялся отыскать. Многие он видел только на картинке и понятия не имел, что их можно отыскать в здешних местах. Из такого разнообразия растений даже последний неуч в состоянии сварить нужное зелье. А Дитрих при всех недостатках неучем отнюдь не был.